США и Сингапур проверяют Megaspeed: компанию подозревают в обходе запрета на поставки ИИ-чипов Nvidia в Китай

Когда власти США в свое время закрутили гайки в части экспорта самых мощных ИИ-процессоров, логика была предельно понятной: перекрыть Китаю прямой доступ к передовым вычислениям, ударив по поставкам топовых ускорителей. Но прошло три года, и выяснилось, что на бумаге такие ограничения выглядят куда убедительнее, чем в реальной жизни. Глобальные цепочки поставок, продажи через посредников и ажиотажный спрос на «железо» для нейросетей превратили контроль в задачу со множеством неизвестных.

Показательным примером стала история вокруг Megaspeed International. Эта компания, ранее известная как 7Road International и связанная с китайским игровым бизнесом, после ребрендинга в Сингапуре начала позиционировать себя как «ведущий деловой партнер Nvidia» в сфере ИИ-вычислений. И довольно быстро Megaspeed превратилась в крупнейшего покупателя Nvidia в Юго-Восточной Азии. Именно поэтому к ней сейчас приковано внимание: чиновники США и Сингапура проверяют, не могла ли фирма выступать промежуточным звеном, через которое ускорители Nvidia с ограниченным доступом в итоге попадали в Китай. В специальном материале Bloomberg подчеркивается, что вопросы вызывают и темпы закупок, и их масштаб, и несостыковки между заявленными возможностями дата-центров и объемом ввезенного оборудования.

Сама Nvidia утверждала, что ранее не находила подтверждений «утечек» чипов. Однако ситуация с Megaspeed лишь подсветила системную проблему: экспортные правила могут быть строгими, но их крайне сложно применять, когда товар проходит через длинную цепочку партнеров. Тем более что Nvidia, как правило, не продает большинство датацентровых GPU напрямую конечным клиентам. В ход идет привычная для рынка схема: дистрибьюторы, системные интеграторы, облачные провайдеры, региональные партнеры. Для обычной коммерции это удобно и масштабируемо, но для контроля, завязанного на конечное использование и конечный пункт назначения, такая модель становится головной болью.

После ограничений Минторга США в октябре 2022 года, затронувших A100 и H100, Nvidia пошла по пути «адаптации» и вывела для Китая упрощенные варианты — A800 и H800. Когда в конце 2023 года пересмотрели и эти правила, компания представила новую линейку совместимых решений: H20, L20 и L2. Смысл каждой итерации один: удержать производительность и параметры межсоединений ниже порогов, но сохранить программную совместимость, чтобы формально продолжать легальные поставки.

На практике же это сформировало ту самую «серую зону». Большие партии ИИ-оборудования могут перемещаться через третьи страны, а регуляторы не сразу понимают, где именно системы в итоге развернуты и как используются. Ситуация усложняется еще сильнее, когда ускорители уже установлены в серверах и уходят не как отдельные компоненты, а как готовые комплексы: отследить каждый GPU становится заметно труднее.

По сообщениям, Megaspeed как раз и сумела встроиться в эту схему. Компания, выросшая из китайского игрового направления и затем оформленная в Сингапуре, якобы взяла на себя обязательства по закупкам оборудования Nvidia на миллиарды долларов за короткий срок. Это и насторожило проверяющих, особенно на фоне замеченных несоответствий между объемами ввоза чипов и заявленной площадью дата-центров. Сингапур официально подтвердил расследование возможных нарушений, а американские ведомства параллельно изучают, не было ли косвенной переправки ограниченных компонентов в Китай.

При этом история Megaspeed — не исключение. За последний год США вскрывали разные схемы нелегального экспорта ускорителей Nvidia в Китай: от неверного декларирования и использования подставных структур до ситуаций, когда ускорители физически вынимали из серверов после проверок. Отдельно упоминается, что в конце 2025 года Минюст США накрыл крупную контрабандную сеть, связанную с Китаем: речь шла о поставках H100 и H200 на десятки миллионов долларов с подделкой документов и перемаркировкой. В другом эпизоде DeepSeek обвиняли в создании «призрачных» дата-центров в Юго-Восточной Азии для прохождения инспекций, после чего GPU якобы перенаправлялись дальше.

Все это показывает: как только оборудование выходит за пределы прямого контроля производителя, система держится в основном на декларациях о конечном использовании и добросовестности продавцов и покупателей. А когда спрос огромен, мотивация обходить правила растет. Китайский аппетит к ИИ-вычислениям по-прежнему колоссальный, и даже на фоне прогресса местных решений, включая ускорители Huawei Ascend, отставание от Nvidia сохраняется — прежде всего по софту и экосистеме. Поэтому даже компании, которые публично продвигают «отечественный кремний», нередко продолжают опираться на Nvidia при обучении крупных моделей и сложном инференсе. Так и формируется теневой рынок, готовый платить серьезную премию за ограниченные GPU.

С точки зрения Вашингтона, идея экспортного контроля проста: затормозить развитие ИИ в Китае, ограничив доступ к высокопроизводительным вычислениям. Логика опирается на «железные» параметры — пропускную способность, память, межсоединения: без них сложнее обучать продвинутые модели, а значит, прогресс в коммерческих и военных применениях должен замедлиться. Но есть нюанс: для Китая даже частичный доступ все равно имеет вес. Небольшой приток контрабандных или перенаправленных ускорителей способен поддержать исследования и внедрение систем логического вывода. И пусть доля нелегального импорта оценивается как часть общей вычислительной базы, даже такой «плюс» на этапе разработки может оказаться заметным.

Жесткие ограничения, впрочем, тоже имеют обратную сторону. Они подталкивают Китай ускорять разработку собственных чипов, дробят глобальные цепочки поставок и стимулируют именно те серые практики, которые сейчас расследуются. А для Nvidia ситуация превращается в балансирование между соблюдением требований и коммерческой реальностью: значительная часть рынка находится за пределами США и их ближайших союзников.

В начале 2025 года Минторг США расширил контроль, добавив к «железу» некоторые ИИ-модели, а также внедрив новые схемы лицензирования для «надежных» партнеров и операторов дата-центров. При этом последующие колебания политики — включая ослабление части мер при президенте Трампе и разрешение продаж H200 только проверенным китайским покупателям с импортной пошлиной 25% — выглядят как признак неуверенности: какой именно уровень ограничений действительно приведет к нужному эффекту. Тем более сложно объяснить, как использование H200, одного из самых передовых решений Nvidia, может укладываться в цель по сдерживанию Китая.

Даже если следствие в итоге не найдет доказательств нарушений со стороны Megaspeed, сама конструкция контроля демонстрирует слабое место. Система фактически предполагает, что посредники смогут обеспечивать соблюдение ограничений по конечному использованию — в больших объемах, через границы и на длинной дистанции. Но пока мировой спрос на ИИ-ускорители уровня Nvidia будет опережать легальные поставки в Китай, этот механизм неизбежно будет работать на пределе и периодически давать трещины. Алексей Заболотских